Берлин

Пренцлауэр-берг

Philip Koschel / visitBerlin

Еще двести лет назад здесь были поля и мельницы — застраивать Пренцлауэр-берг (Prenzlauer Berg) начали лишь во второй половине XIX века. После войны он достался ГДР и погрузился в упадок, пик которого пришелся на начало 1990-х, когда в полуразрушенных домах коммунами жили анархисты и художники. Потом цены выросли, успешные художники перестроили сквоты в лофты, а менее удачливым пришлось съехать. Пренцль-берг на глазах превратился в престижный район, полный мелкобуржуазных радостей, от магазинов органической косметики до благоустроенных детских площадок. Последние никогда не пустуют: поскольку квартал принадлежит молодым и успешным — яппи, экспатам, обеспеченной богеме, здесь очень высокая, по берлинским меркам, рождаемость, и если нужно нарисовать карикатуру на типичного местного жителя, то это будет ухоженная мамаша (или модный папаша) с дизайнерской коляской для близнецов и холщовой сумкой из эко-магазина.

Путь в Пренцлауэр-берг от Розенталер-плац ведет по короткой, но насыщенной разнообразной гастрономией улице Вайнбергсвег (Weinbergsweg) — модное китайское место Yumcha Heroes (www.yumchaheroes.de) соседствует с португальской кофейней, а напротив суши-бара Nihombashi открыто популярное кафе Gorki Park (gorki-park.de), где гости с удовольствием налегают на borschtsch и wareniki. Чуть дальше по левую руку отрывается вид на небольшой парк Вайнберг (Volkspark am Weinberg), чье название переводится как «винный холм». Пригорок действительно имеется, а вот росшие тут виноградники давно исчезли — вместо них газоны, пруд и швейцарский ресторан в гэдээровском павильоне.

В самой высокой точке холма стоит протестантская церковь Ционскирхе (Zionskirche), построенная в шестидесятых годах XIX века. Скромный памятник в виде мужского торса под ее левой стеной посвящен пастору Дитриху Бонхёфферу, служившему здесь в 1930-х. Бонхёффер был одним из идеологов антинацистского движения в церковной среде и участвовал в заговоре против Гитлера, за что в конце Второй мировой его арестовали и казнили в концлагере Флоссенбюрг. В конце 1980-х храм снова стал центром инакомыслия: тут работала самиздатовская типография и проходили встречи противников гэдээровского режима. Само здание сильно пострадало в войну, реставрация идет до сих пор, поэтому считайте €1, который берут за подъем на колокольню (открыта только по воскресеньям), вкладом в благое дело.

Площадь перед Ционскирхе летними вечерами превращается в очень оживленное место: на террасах яблоку негде упасть. Самое приятное из местных заведений — бретонское кафе La Bigoudène (www.labigoudene.de), в котором кормят тонкими гречневыми блинами-галеттами и поят французским сидром, а самое необычное — винный бар Weinerei Forum (www.weinerei.com), после 8 вечера работающий по принципу «плати сколько хочешь». Схема проста: отдаешь €2 за сам бокал, наполняешь его неограниченное количество раз у стола с бутылками и закусками, а на выходе бросаешь в коробку ту сумму, которую подсказывает совесть.

Административно окрестности Ционскирхе — еще Митте, а вот начинающаяся в двух шагах улица Кастаниеналлее (Kastanienallee) — уже Пренцлауэр-берг. Это сейчас ее старые дома отреставрированы, а до падения Стены в округе царила разруха: власти Восточного Берлина, слишком занятые строительством панельных многоэтажек на окраинах, махнули на район рукой. Именно поэтому Пренцль-берг стал прибежищем нищей интеллигенции, а Кастаниеналлее — символом свободы и радикализма: здесь жила бабушка немецкого панка Нина Хаген и будущие участники Rammstein, на чердаках устраивали выставки, а во дворах читали стихи поэты-диссиденты. По воспоминаниям ветеранов квартал был одной большой артистической коммуной: по гостям ходили без предупреждения и, не застав хозяев дома, оставляли записку мелом на входе, отчего двери Пренцлауэр-берга походили на плохо вымытые школьные доски.

Теперь Кастаниеналлее отмыта и прилизана — о прошлом напоминает разве что коммунистический бар Morgenrot (№ 85), где собираются поседевшие анархисты, и сквот в соседнем доме № 86, последний из себе подобных. Его могут выселить со дня на день, но фасад пока еще украшает лозунг «Капитализм стандартизирует, убивает и разрушает». Еще один привет из ушедшей эпохи — крохотный независимый кинотеатр Lichtblick-Kino (№ 77) с залом на 32 места, где на протяжении многих лет каждую субботу в полночь показывают «Касабланку».

Пересекающая Кастаниеналлее Одербергер-штрассе (Oderberger Sraße), витрина капитализма с человеческим лицом — на ней много хороших кафе и занятных магазинов: в Bonanza Coffee Heroes варят отличный кофе, в Kauf Dich Glücklich (№ 44) пекут вкусные вафли, в OYE Records (№ 4) торгуют винилом, в VEB Orange (№ 29) — гэдээровской утварью. Кроме того, тут можно проинспектировать секонд-хенды с дизайнерской одеждой: ищите вывески Paulʼs Boutique, Goo и Loretta. По-настоящему большие залежи пластинок и винтажных джинсов ждут рядом, в Мауэрпарке, где по воскресеньям проходит самая бодрая барахолка Берлина. Правда, жители района не без оснований считают ее чересчур туристической, предпочитая блошку на расположенной неподалеку Арконаплац (Arkonaplatz) — пусть она меньше, зато без толп, и продавцы не так разбалованы вниманием (вс 10.00–16.00).

Ближе к началу Кастаниеналлее летними вечерами компании сидят в старинном биргартене Prater, под столетними каштанами, давшими название улице. Он был открыт в 1837 году, и предвосхитил судьбу Пренцлауэр-берга, который в конце XIX века стал районом больших пивоварен. Одна из них находится по соседству — парадный фасад с угловой башней смотрит на Шёнхаузер-аллее (Schönhauser Allee). Теперь бывшая пивоварня Schultheiß зовется культуроварней, Kulturbrauerei, и отчасти напоминает московский Винзавод. В оплетенных плющом кирпичных корпусах квартируют танцевальные студии, рестораны и издательства, а еще русский Panda Theater — не столько театр, сколько место встречи творческих кругов диаспоры, где часто верховодит художник Дмитрий Врубель, автор поцелуя Брежнева и Хонеккера на стене East Side Gallery.

ES Germany / Alamy / Vida Press

За пивоварней на Шёнхаузер-алее, под эстакадой метро стоит легендарный сосисочный ларек Konnopkeʼs Imbiss (№ 42, www.konnopke-imbiss.de): основатель бизнеса Макс Коннопке застолбил это место еще в 1930 году, ежедневно подвозя сюда на мотоцикле чан с сосисками, а сейчас за карривурсты отвечают его правнуки. Ниже по улице сохранилась еще одна пивоварня XIX века, Pfefferberg, ныне приспособленная под галереи и арт-мастерские: там, в частности, арендует огромную студию суперзвезда современного искусства Олафур Элиассон. В гости к художникам просто так не попасть, но до Pfefferberg определенно стоит дойти, если вас интересует современная архитектура — наш соотечественник Сергей Чобан построил на ее территории свой Музей архитектурного рисунка.

Более короткий путь ведет к площади Кольвицплац (Kollwitzplaz), в центре которой стоит памятник художнице и скульптору Кёте Кольвиц, первой женщине, получившей профессуру в берлинской Академии художеств. Треугольный сквер — сердце самой буржуазной части Пренцлауэр-берга. В дни, когда здесь разворачивается рынок органических продуктов (чт 12.00–19.00, сб 9.00–16.00), между прилавками с яблоками и сырами лавируют те самые ухоженные мамаши с колясками, а вокруг полно лавочек с чудесными вещами по ошеломительным ценам и уютных кафе — загляните на кофе в No Fire No Glory или обед в Meierei, где подают домашнюю южнонемецкую еду. Их гуляш в Пренцлауэр-берге любят, а вот самих выходцев с зажиточного юга страны, баварцев и швабов — не очень. В то время как старожилам с каждым годом все тяжелее тянуть аренду, богачи из Мюнхена и Штутгарта влегкую cкупают пренцлауэр-бергские квартиры, «перегревая» районный рынок недвижимости.

На западной стороне Кольвицплац, образованной улицей Кнакштрассе (Knaakstraße), отыщите запертые ворота с отверстиями в форме звезды Давида. Заглянув в дырки, вы увидите нечто вроде узкого проулка. Он называется Юденганг (Judengang) и ведет к задам старого Еврейского кладбища (Jüdischer Friedhof), вход на которое расположен на Шёнхаузер-аллее. По одной из версий Юденганг был идеей короля Фридриха Вильгельма III, который ездил по Шёнхаузер-аллее в свой загородный дворец и не желал лицезреть иудейские похоронные процессии. Кладбище действовало до конца 1880-х, хотя отдельные надгробия относятся к более позднему времени — так, в 1935 году на семейном участке упокоился художник Макс Либерман, незадолго до смерти принужденный уйти с поста директора столичной Академии художеств, который занимал многие годы.

О том, что в этих кварталах жила большая еврейская община, свидетельствует и одна из самых крупных синагог Европы — здание в стиле неороманской базилики, возведенное в 1904 году, спрятано во дворе дома № 53 на отходящей от Кольвицплац Рикерштрассе (Rykestraße). Именно близость к жилой застройке спасла ее в Хрустальную ночь: погромщики побоялись устраивать пожар, хотя синагогу все равно разграбили и закрыли — во время войны она использовалась как склад вермахта.

В соседнем безымянном сквере на холме возвышается символ Пренцлауэр-берга — самая старая в Берлине водонапорная башня (Wasserturm), построенная в 1877 году. Массивное сооружение по прозвищу Толстый Герман вмещало не только резервуар, но и квартиры обслуживающего персонала; сама система давно выведена из эксплуатации, а вот квартиры никуда не делись и пользуются спросом. В отдельно стоящем машинном отделении в 1933 году был устроен один из первых нацистских концлагерей — на месте снесенной постройки сейчас детская площадка. От этой самой точки пошло название округи: рядом с холмом (berg) проходила дорога в городок Пренцлау (ее вектор частично повторяет Пренцлауэр-аллее).

Северная часть Пренцлауэр-берга, лежащая за Эбесвальдер-штрассе, известна как ЛСД-квартал — по первым буквам названий ключевых улиц (Lychener Straße, Schliemann Straße, Dunckerstraße). В 1990-х жизнь здесь соответствовала прозвищу, но с тех пор все подуспокоилось, и теперь это приличный район. Смотреть там, правда, особо не на что — разве что на огромную сферу планетария возле S-Bahn Prenzlauer Allee и помпезную виллу Гротерьян (Villa Groterjan) на Милаштрассе (Milastraße; № 2). Неоренессансный особняк c башенками, барельефами и арочными окнами принадлежал богачу Кристиану Гротерьяну, владельцу еще одной, давно снесенной пренцлауэр-бергской пивоварни. Теперь в нем работает дорогой стейкхаус, но стейки лучше есть по соседству, в The Bird.